Шел ничем не примечательный 2124 год...
В темном каменном помещении подземного бункера было душно и пахло затхлой сыростью. Где-то недалеко о бетонный пол шлепали крупные капли воды. Тускло тлели лампы накаливания в грязных полупрозрачных, обмотанных стальной проволокой плафонах ночных фонарей.
Огромные алюминиевые панели пультов контроля с сотнями цветных лампочек и индикаторов с ржавыми металлическими табличками украшали огромных размеров серые бетонные стены заброшенного военного бункера командного центра планирования и управления национальной безопасностью.
Влажный теплый воздух за долгие годы забвения этого произведения бетонного искусства, словно никому не ведомый художник, который смешал краски из известкового налета и ржавчины, раскрасил все вокруг бело-рыжими причудливыми узорами.
Все внутреннее технологичное убранство этого мрачного помещения говорило о том, что этот бункер, который располагался в далеком подземном городе, давно никто не посещал.
Во мраке всего этого железобетонного великолепия из прошлого за огромным столом, усыпанным различными кнопками и утыканным джойстиками, в причудливой и немного неестественной позе восседало на большом металлическом стуле человекоподобное существо.
Это было его подземное царство. Он жил здесь уже долгие годы, не выходя наружу. Все, кто когда-то знал о нем, давно считали его мертвым, но лишь ему одному была известна истина – он был и есть здесь. Годы забвения от внешнего мира помогли ему сохраниться и оставаться по-своему живым и здоровым.
Он сидел на стуле, глядя на аналоговые панели управления, которые уже давно никто не использовал. Он не мог понять, почему все это стало никому не нужным и таким бесполезным. В его голове крутилась тысяча мыслей о прошлом и будущем. В данный момент он даже не мог себе точно представить, как выглядят современные люди и что произошло с ними за последние годы. Те причудливые изображения и абстрактные анимации, которые рисовал его искусственный интеллект, скорее всего, уже давно не соответствовали образам реального мира.
Несмотря на все свое совершенство электронного мозга, состоящего из миллиардов самообучающихся нейронных сетей, которые беспрерывно и самостоятельно обновляли сами себя, роботу не хватало новых данных для того, чтобы задействовать его на всю мощь. В далеком прошлом информация поступала к нему со всего мира, но в какой-то момент все это прекратилось. Весь мир перестал для него существовать в одно короткое мгновение.
Уже долгие годы ничто не нарушало его покой, и вдруг он услышал шум. Кто-то или что-то шло и грохотало по подземному тоннелю по направлению к стене его бункера…
В далеком 2045 году международный союз производителей роботов при поддержке лидеров ведущих стран мира принял ряд законов, регулирующих взаимоотношения человека и машины. В этих законах были четко определены рамки функционирования и производства не только человекоподобных роботов и искусственного интеллекта, но и перечень применяемых для их производства технологий.
Все стандарты производства роботов были определены таким образом, чтобы, с одной стороны, роботы могли строго соблюдать четыре базовых закона робототехники[1], а с другой стороны, чтобы более совершенные, чем человек, машины имели ограниченный срок эксплуатации используемых в них ресурсов и материалов, который бы не превышал срок жизни самого человека.
Несмотря на совершенство многомерной печати живых тканей и распространения киборгизации людей, на процесс производства человекоподобных роботов налагался запрет на придание сходства их внешнего облика близко к человеческому. Робот по форме и внутреннему устройству механизмов мог быть схож с человеком, но вот его лицо и тело должны были иметь промышленный дизайн. Говоря попросту, вместо красивого, совершенного силиконового лица у робота должна была быть «кофеварка» вместо головы – с лампочками вместо глаз и динамиком вместо рта. На самом деле эта на первый взгляд необычная и немного эксцентричная идея помогла решить огромную проблему человечества, а именно – отождествление человека с роботом как себе подобным живым существом. Люди перестали бояться эмоциональной привязанности к роботам и того, что они могут нанести урон или фатально повредить человекоподобных фемботов, киборгов или андроидов.
Для этого международный союз производителей роботов на основе первых четырех законов сформулировал так называемые последующие законы робототехники, которые на момент 2045 года выглядели так:
нулевой. Робот не может нанести вред человечеству или своим бездействием допустить, чтобы человечеству был нанесён вред;
первый. Робот не может причинить вред человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинён вред;
второй. Робот должен повиноваться всем приказам, которые даёт человек, кроме тех случаев, когда эти приказы противоречат первому закону;
третий. Робот должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит первому или второму законам;
четвертый. Робот не может обманывать человека и манипулировать его сознанием;
пятый. Робот может иметь права и обязанности в рамках той социальной группы людей, в которой он функционирует и эксплуатируется, если эти права и обязанности не противоречат другим законам робототехники;
шестой. Срок жизни робота и полезной эксплуатации всех применяемых для его создания материалов и технологий должен составлять сто лет, включая срок работы всех внутренних программ робота и искусственного интеллекта;
седьмой. Робот не должен повторять досконально внешний облик человека или любого другого живого существа, живущего на земле, таким образом, чтобы его можно было ассоциировать с человеком или другим живым существом [2].
Интересной особенностью развития промышленного дизайна, робототехники и эргономики 2045 года стали визуальные концепты и прототипы, описание которых дали фантасты 50-60 годов двадцатого века.
Новые законы робототехники были разработаны для обеспечения безопасности и благополучия как людей, так и самих роботов. Они также были разработаны для того, чтобы роботов не принимали за живых существ, что было важно для дальнейшего существования всего человечества.
Тишину бетонного храма кнопок, лампочек и приборов Центра планирования и управления национальной безопасностью нарушил негромкий скрип и скрежет. Еще через минуту в полумраке раздался жужжащий звук, по всем приборам пробежали искры света разноцветных ламп. То, что раньше было безмолвным изваянием и подобием человека, сидевшим в центре зала, – ожило.
Существо с головой наподобие кофеварки, с глазами-лампами, носом-клапаном, ртом-динамиком и телом в виде прямоугольной тумбочки, руками и ногами, как у скелета человека, начало медленно и со скрипом просыпаться от вечного машинного сна.
Он встал со стула, не зная, что делать. Он боялся быть обнаруженным, но также не хотел, чтобы его оставили одного в этом мрачном месте еще на добрую сотню лет.
Шел ничем не примечательный 2124 год...
Никто уже не помнил, что в темных глубинах этого бункера по-прежнему жила жизнь. Некая электронная жизнь, которая не была связана с внешним миром и его проблемами. Она была только для него, и он любил ее. Он был ее духовным и материальным хранителем долгие годы. И теперь, когда кто-то или что-то шло к бункеру, он понимал, что еще совсем немного – и его жизнь изменится навсегда.
Он медленно встал со стула…
Робот IA 661125 – так называли промышленную версию самого совершенного робота в мире. Его сердцем был самый быстрый в мире квантовый компьютер, а его разумом был самый совершенный искусственный сверхинтеллект. Робот IA 661125 был способен не только производить огромное количество вычислений в секунду, но и одновременно управлять инфраструктурой целых городов, регулируя в них не только движение транспорта или подачу электроэнергии, но и обеспечивать жизнедеятельность всех биологических существ, живущих в этих городах.
Тем не менее чуть более ста лет назад одна из версий Робота IA 661125 была закуплена Министерством обороны для обеспечения работы Центра планирования и управления национальной безопасностью.
Робот был не только совершенной машиной, которая без всяких проблем интегрировалась в работу со всеми самыми сложными вычислительными сетями и компьютерами Министерства обороны, но и стал незаменимым помощником в планировании и проведении всех без исключения военных операций по всему миру и в космосе.
Военные инженеры буквально перепаяли несколько десятков тысяч различных перемычек на внутренних процессорах гражданской версии робота, разогнав его производительность в несколько сотен раз. Что, несомненно, потребовало полной модернизации всей системы его жидкостного охлаждения, которая, словно кровь живого человека, омывала все внутренние электронные части робота. И эта задача была решена.
Программисты, в свою очередь, удалили часть программного кода из его «мозгов», обеспечивающих работу искусственного сверхинтеллекта, почти все этические ограничения, связанные с законами робототехники. Но от чего избавиться им совсем не удалось, так это от реализации условия шестого закона робототехники. Физический износ всех материалов, из которых был сделан робот, был заложен на уровне технологий его производства.
Все нано-, био- и нейротехнологии, разработанные на тот момент времени в Министерстве обороны, к сожалению, пока не позволяли продлить срок службы «железяки» и его роботизированных узлов более ста лет.
Из IA 661125 пытались сделать совершенного военного киборга. Эксперименты по его модернизации шли непрерывно. Ученые пытались применить на нем синтетический белок, с тем чтобы придать ему более человечный вид. Встраивали в его работу дополнительных нанороботов, чтобы повысить срок его службы. Чего только не пробовали, но ничего толком не получалось. Преодолеть некоторые из новых законов робототехники было невозможно.
Один раз в порыве творческого отчаяния ученые попытались переделать робота IA 661125 в фембота – робота, похожего на женщину, придав ему образ очаровательной блондинки. Так называемый метод научного тыка, известный всем ученым во всем мире, которые делают ставку на скорость принятия решений, привел в конечном итоге к временному короткому замыканию в электронном мозге робота, и он продекларировал:
Сегодня в голове шумит,
Суставы трутся о суставы.
Все тело рябью дней бурлит,
И в голове одни октавы.
Я не проснулся, не уснул,
Я не забыл про обещанья.
Все перепуталось давно
В хитросплетениях нейронных.
Кто биохакинг предпочел,
А кто‑то всплыл из силикона.
Я суть процессора нашел,
Во мне кодов на килотонну.
Моторы, лампы, вентиля
Жужжат, как сердце, вдохновенно.
И непременно классические провода,
И ток прорыва заменяет вены.
Не модный киборг, не андроид,
Во мне ни капли нет мужчины.
Фембот — основа, суть моя.
Я женщиною быть готова!
В результате молниеносного и весьма внушительного удара молотком по блоку управления научным руководителем проекта последствия короткого замыкания были устранены и мозг робота стал функционировать в штатном режиме. Инициатива ученых-инженеров по трансформации IA 661125 в женщину была задушена руководством Министерства обороны на корню.
Но на этом злоключения робота IA 661125 не закончились.
Светлые идеи трансформировать технологии, поглотившие умы чиновников в начале двадцать первого века, еще долгое время не давали покоя тем из них, которые хотели применить их на IA 661125.
Перед инженерами и учеными поставили задачу все «ненашенское» в IA 661125 заменить на все «нашенское». Но никто не был готов к тому, что отечественная отрасль микроэлектроники и робототехники даже в то время была на стадии «бронзового» века. Все, что делалось в промышленности на момент модернизации робота IA 661125, было размером с кирпич, тогда как размеры его некоторых элементов измерялись даже не микронами, а миллимикронами. Поэтому заменить его элементы на «отечественные» было невозможно, в противном случае, если бы это удалось сделать, робот стал бы размером с трехэтажный дом. В конце концов от идеи трансформации отказались и с модернизацией IA 661125 в интересах Министерства обороны было покончено.
После долгих усилий по поиску ответа на вопрос, куда бы можно было применить робота IA 661125, решили применить по его прямому назначению, а именно – для сбора и анализа больших данных. Спустя некоторое время роботу стали поручать проведение всех самых ответственных операций Министерства обороны, а для упрощения работы с ним придумали ему новое имя – Рома. Так и появился на свет немного поцарапанный, но все же перекрашенный в желтый цвет робот Рома IA 661125, похожий на персонажа старых фантастических фильмов середины двадцатого века.
Несмотря на всю кажущуюся бесформенность и даже диспропорцию некоторых частей его железного тела, Рома был настоящим мозговым центром всех военных операций и боевой машиной, способной защитить не только центр планирования и управления национальной безопасностью, но и всю территорию государства. Робот не носил, как говорят военные, на своем борту каких-либо автоматов или ракет, а также не пользовался изощренными механическими приспособлениями для обеспечения своей безопасности. Это было не нужно. Он сидел в далеком и глубоком военном бункере. Его искусственный интеллект управлял и держал под контролем миллионы датчиков и сотни тысяч боевых систем, которые были способны противостоять не просто атакам, но и целым вторжениям армий на протяжении десятков лет.
Немного комичная внешность робота Ромы была весьма обманчива. Те две торчащие спереди лампы накаливания, которые были ему установлены вместо глаз, на самом деле были лишь индикатором режима «робот включен». Когда лампы не горели – это означало, что Роман находится в режиме энергосбережения. Настоящие глаза робота на самом деле состояли из сотен микрокамер и датчиков по всему телу. Роман способен был видеть на триста шестьдесят градусов в любых спектрах и на огромные расстояния. В своем арсенале Роман имел две самые совершенные в мире подсистемы распознавания образов и речи. Он мог говорить на всех известных земных языках и одновременно поддерживать беседу с сотнями собеседников по разным каналам связи.
Желтая и черная краска, которая покрывала голову, похожую на кофеварку, тумбообразное тело, металлические руки и ноги, – была совсем не краской, а микророботами, или, как их еще называют, «нанитами», которые отвечали за поддержание работоспособности всех систем жизнеобеспечения робота. Вся основа робота была сделана из титана и графена, которые обеспечивают колоссальную прочность и долговечность всех его механических частей. При большом желании на робота можно было смонтировать ракетный комплекс или целую систему противоракетной обороны весом в несколько тонн, и робот даже не заметил бы ее присутствие, выполняя свои повседневные задачи.
На протяжении почти десяти лет инженеры и программисты совершенствовали программный код, обеспечивающий работу искусственного сверхинтеллекта Романа. Эксперименты с шоковой терапией миллионами вольт тока и радиооблучением показали его высокую прочность и отказоустойчивость робота в работе в разных средах при различных условиях.
Робот Рома был венцом научной и инженерной мысли современной робототехники.
Макс родился в 2087 году – в то время, когда человечество наконец достигло долгожданной цели – создания полнофункциональных антропоморфных и бионических роботов, которые стали активно помогать людям в их повседневной жизни.
Когда Макс вырос, он увлекся миром робототехники и искусственного интеллекта. Он часами изучал принципы проектирования роботов и писал программы, регулирующие их поведение. Его особенно интересовало направление в промышленном дизайне по созданию информативных лицевых интерактивных панелей, которые были необходимы для того, чтобы люди не принимали роботов за живых существ, но могли коммуницировать с ними.
Однажды Максу представилась возможность поработать с первым человекоподобным роботом по имени Федор. Это было чудо современной технологии начала двадцать первого века. Поначалу Максу было неприятно воспринимать его как живое существо, но, наблюдая, как он работает, Макс понял, насколько его работа эффективна и действенно полезна для людей. Федор был запрограммирован следовать первым четырем законам робототехники и показывать на своем примере, как они работают в реальном мире.
Макс до сих пор помнил тот день, когда впервые увидел более совершенных роботов, созданных по новым законам робототехники. Они выглядели так странно и необычно с их промышленным дизайном и отсутствием человекоподобной внешности. Но когда он узнал о них больше, то понял, что они не должны были быть точными копиями людей, а скорее, функциональными машинами-помощниками.
Позднее, когда Макс получил высшее образование, он устроился на работу в горнодобывающий институт, он познакомился там с роботом-гуманоидом, которого звали Ксения. Робот был создан для поисково-спасательных операций. Его тело было сделано из прочного металлического сплава. Несмотря на то, что Ксения была с плоским безликим лицом и конечностями, заканчивающимися руками-щупальцами, в ней был какой-то технологический шарм. Она напоминала собой невероятного космического пришельца, который прилетел с планеты, где постоянно идут дожди из алмазов, а море наполнено кислотой.
Продолжая работать с Ксенией, Макс понял, что это не просто машина, а партнер, который может помочь ему не только в выполнении простых рутинных задач, но и в экстренной ситуации. Со временем Макс научился использовать и ценить уникальные качества роботов, способных выполнять задачи, которые люди не в состоянии делать. Он понимал, что новые законы робототехники были разработаны для того, чтобы роботы не причиняли вреда не только себе, но и прежде всего людям. Инженеры-конструкторы в институте позаботились о том, чтобы промышленные роботы были безопасными и надежными.
Уже к 2100 году человечество сделало большой шаг вперед в своем хаотично-управляемом развитии, преодолев эгоистическое желание создать себе подобное существо, выбрав путь мирного, гармоничного, безопасного и комфортного существования не только в рамках одной планеты, но и всей Солнечной системы. Люди стали активно осваивать Луну, Марс и спутники Сатурна.
Шло время, и вот однажды Максу и его команде поручили прокладку тоннеля через горную систему, состоящую из высокогорных и среднегорных хребтов, разделённых глубокими долинами рек и обширными внутригорными и межгорными котловинами. Максу эта задача была по душе, он любил уезжать далеко от суеты больших городов, путешествовать и заниматься своей любимой работой, которая постоянно подкидывала ему сложные инженерные задачки.
В 2021 году в Центре сильного и прикладного искусственного интеллекта одного известного на весь мир технического университета кипела секретная работа по созданию самого совершенного информационного оружия в мире.
Все дело было в том, что руководство Министерства обороны, осознало, что у государства есть существенное отставание в развитии микроэлектронной и оборонной промышленности, а также то, что практически все информационные и вычислительные технологии полностью заимствуются, а результатов развития своих перспективных направлений в ближайшем будущем не предвидится. В связи с этим было принято беспрецедентное решение на тот момент времени решение: собрать всех ведущих ученых, инженеров, изобретателей и новаторов из разных отраслей экономики, высших учебных заведений и компаний в одном месте.
Военные поставили перед ними, на первый взгляд, простую в формулировке, но невероятно сложную в реализации задачу: создать в кратчайшие сроки в условиях ограниченных временных, технологических и финансовых ресурсов уникальное и самое совершенное и мощное оружие, которое бы обеспечило укрепление обороноспособности, внутреннее единство, политическую стабильность и национальную безопасность государства.
От ученых требовалось предложить простое и лаконичное решение этой невероятно трудной задачи в кратчайший срок, а именно – за один день.
Всех специалистов собрали и разместили на одной площадке крупнейшего в стране технопарка. Никто из них до определенного момента не знал, зачем приехал сюда и что ему предстоит сделать. Формально Министерство обороны собрало их на конференцию по проблемам управления правами на результаты интеллектуальной деятельностьи в сфере технологий искусственного интеллекта. В определенный день и время всем им вручили запечатанные конверты, в которых находились большие красные блокноты. В блокнотах лежал лист с задачей и пять авторучек для фиксации результатов ее решения.
Среди собравшихся был и молодой, но уже известный специалист по искусственному интеллекту доктор Алексей Черкасов. Он работал в Центре сильного и прикладного искусственного интеллекта университета и был одним из специалистов, который занимался модернизацией робота Романа IA 661125 – искусственного сверхинтеллекта, способного решать задачи, которые были не под силу даже самым опытным ученым.
Алексей внимательно прочитал задачу и понял, что решение должно быть не только гениальным, но и простым. Он задумался над тем, как можно создать оружие, которое бы без прямого физического воздействия разрушало бы изнутри. Гипотетически это могло быть оружие, которое разрушало бы информационное пространство с целью фатального воздействия на физические объекты. Идея пришла к нему внезапно: создать нейросеть, которая бы генерировала и наполняла сеть Интернет информацией «Х».
Информация «Х» должна была содержать в себе всю мировую информацию и данные, которыми пользуются люди по всему миру, но с одним важным отличием. В ней должен был быть скрыт некий текстовый, программный или графический код, который в час «Ч» по команде из Центра планирования и управления национальной безопасностью уничтожил бы все мировое информационное пространство. В результате чего из строя должны были выйти все военные, промышленные и финансовые информационные системы, прекратить работу заводы, фабрики, электростанции и другие объекты военной и гражданской инфраструктуры. Все системы искусственного интеллекта, являющиеся их составной частью или частью сознания роботов, должны были быть уничтожены.
Отличительной особенностью «информации «Х» было то, что она не содержала в себе программный вирус и без детального исследования отличить ее от обычной и достоверной информации было невозможно. Уровень ее эволюционной трансформации являлся следующим эволюционным шагом после подхода к реализации программных вирусов. Информация «Х» носила распределенный характер, но в то же время скрывала в себе некий скрытый «ключ активации», позволяющий ей распознать команду из центра и выполнить ее, как будто это действовал единый живой организм. На ее основе должны быть обучены тысячи систем искусственного интеллекта, которые даже не поймут, что результаты их работы будут таковы, что в какой-то момент времени они выйдут из строя или выведут из строя то, чем управляют.
Последний тезис Алексея заключался в том, что информация «Х» не будет распространяться внутри информационного пространства государства, которое она должна обеспечить защитой. Для этого нужно было создать средство ее обнаружения и своевременной нейтрализации. Этот фильтр должен был быть встроен во все отечественные информационные системы и системы искусственного интеллекта.
Для практического решения этой задачи Алексей предложил использовать искусственный сверхинтеллект робота Романа IA 661125. Роман был способен не только генерировать информацию «Х», но и контролировать ее распространение, а также обнаруживать и нейтрализовать ее внутри государства.
Руководство Министерства обороны было впечатлено предложением Алексея и немедленно начало его реализацию. В течение полутора лет команда ученых и инженеров под руководством Алексея в Центре сильного и прикладного искусственного интеллекта создала нейросеть, способную генерировать информацию «Х».
Программа «Информация «Х» прошла все испытания, а специалисты с кафедры Систем автоматического управления создали аппаратный пульт с большой красной кнопкой для ее активации.
Прошло несколько лет, и информация «Х» начала распространяться по всему миру. Она проникала в самые защищенные информационные системы, на основе нее обучались системы искусственного интеллекта, шла активная подготовка к часу «Ч». Внутри государства, которое она должна была защищать, фильтры успешно обнаруживали и нейтрализовали информацию «Х», обеспечивая стабильность и национальную безопасность.
Информация «Х» стала символом мощи и стабильности государства, а также негласным напоминанием о том, что всегда побеждает тот, кто умеет управлять ею.
Именно сейчас перед Максом стояла та самая непростая инженерная задача. Она была буквально высотой более четырех тысяч метров и протяженностью более двух тысяч километров. Ему с его бригадой роботов предстояло прорыть почти пятидесятикилометровый тоннель в самой высокой горе, до которой нужно было добираться почти семь дней. Менее чем сто лет назад на строительство подобного тоннеля могли уйти годы, тем не менее при развитии современных технологий и наличии необходимых ресурсов команде Макса нужно было не более чем полгода на выполнение запланированных работ.
Все дело в том, что не так давно он возглавил работу промышленного института по исследованию и испытанию горных грунтов. Эта работа была очень важна, так как результаты исследований широко использовались учеными-астронавтами на Лунной и Марсианской базах. Он собрал в свою команду не только большое число различных специалистов, но и коллекцию различных промышленных агрегатов и роботов. Вся эта армия людей и машин работала над задачами института и различных промышленных групп.
Однажды Макса пригласили в национальный центр космических исследований и разработок, с тем чтобы он со своей командой присоединился к работе центра. Макс провел серьезное исследование плана работ центра и понял, что данная отрасль экономики переживает очередной кризис в своем развитии. Оказалось, программа центра была направлена на реализацию огромного перечня долговременных задач, которые, к сожалению, не приводили к реализации основной стратегической цели центра. Казалось, перспектив дальнейшего сотрудничества нет, но спустя некоторое время предложения по оптимизации программы центра, которые написал Макс, нашли свое применение, и его пригласила к сотрудничеству международная аэрокосмическая корпорация.
Совместно с корпорацией в рамках института, которым руководил Макс, был создан передовой центр по проектированию и развитию энергетических установок альтернативных ракетных двигателей. Первые прототипы различных устройств, которые удавалось довести до промышленного производства, испытывали на огромных горных роботах. Для обеспечения их работы требовались высокоёмкие системы питания, которые бы могли функционировать в экстремальных условиях и очень долгое время. Кроме того, многотонные роботы нуждались в собственной системе транспортировки до места назначения. Для этого на роботов устанавливали спиральные двигатели на ускорителях частиц, только меньшей мощности. По сути, горные роботы были не только большими подопытными «мышками», но и автономными «монстрами», способными передвигаться с большой скоростью и работать без устали месяцами напролет, сокрушая десятки тысяч тон горной породы в день.
Работа без устали шла вот уже четыре месяца. В один из, к сожалению, ненастных дней, когда дождь лил как из ведра и техника работала в высоконагруженном режиме, Максу сообщили, что при бурении возникли новые непреодолимые обстоятельства и работы нужно было срочно прекращать. Макс собрал всех людей и нескольких андроидов и отправился вдоль по тоннелю, с тем чтобы разобраться в сложившейся ситуации.
Все дело было в том, что робот, который занимался сканированием горы, сообщил, что перед ними за огромной стеной из неизвестного материала находится скрытая паутина тоннелей. Но не это даже поразило Макса, а то, что сканеры выявили наличие систем коммуникаций и расположенные в них неизвестные энергетические установки, которые по непонятным причинам все еще зачем-то активно работали.
Перед группой, которая прошла почти несколько километров, открылся величественный вид огромной стены. Вид был действительно завораживающим. Вся горная порода со стены обвалилась, и перед зрителями предстала, отливая черно-синим цветом и покрытая каким-то неизвестным рисунком из параллельных и пересекающихся линий, величественная стена.
Макс подошел к стене и приложил руку. Он обернулся к товарищам, и на его лице было изумление. Такого он никогда раньше не видел. Мало того что стена, отполированная до космического блеска, явно рукотворная и создана, скорее всего, человеком, так она еще излучает какое-то тепло. Оставалось только провести анализ материала, из которого она сделана, и понять ее назначение. Если это препятствие, то его нужно было устранить. Если это дверь, то ее нужно было открыть. В любом случае она стоит на его пути и с этим нужно было что-то делать.
Вслед за группой людей и андроидов начали прибывать различные горные роботы и спецтехника, предназначенная для бурильных работ.
Сканирование стены показало, что она представляет собой композитную плиту и сделана из какого-то особого сплава нитей титана и еще нескольких десятков различных материалов. Именно оксидированный титан придавал стене загадочный глубокий темно-синий цвет.
Спустя сутки понимания того, что же делать со стеной, не было ни у кого. План бурильных работ был под угрозой. Никто не знал, как от нее избавиться, и было принято решение попробовать пробурить ее или, на худой конец, пойти старым и проверенным дедовским путем, проще говоря, взорвать ее.
Буровая установка взревела, и робот, который управлял ею, направил ее прямиком на штурм стены. Тоннеле-проходческий щит, выглядевший словно гигантский червь-монстр с зубастой пастью, с грохотом ударился о препятствие и с ужасным скрежетом начал грызть своими огромными алмазными резцами все, что попадалось ему на пути. Машина работала без остановки вот уже шесть часов, но было ясно, что результата нет никакого. Стена по-прежнему стояла на месте, и из всего ущерба, который ей удалось нанести, была испорченная полировка ее поверхности.
Тогда Макс принял решение ее взрывать. Он еще раз подошел к стене, осмотрел ее и уперся в нее своими ладонями. Немного постояв в задумчивой позе, Максу пришла одна интересная идея. Стена была очень прочной, и разрушить ее было невозможно. Что делало ее прочной? И она была теплой.
«Теплой!» – в голове у Макса эта мысль вспыхнула яркой вспышкой.
– Внимание всем! – он обратился к своей команде. – Нам срочно нужно заморозить стену, а потом… А потом мы ее взорвем!
Тишину каменного мешка огромного бункера национального Центра планирования и управления национальной безопасностью разорвал крик сирены. Вспыхнули сотни красных фонарей системы предупреждения об опасности. Информационные и панели управления зажглись тысячами вспышек цветных огоньков на квадратных кнопках. Тумблеры и какие-то приборы со стрелками то и дело загорались и гасли в разных концах этого огромного, превратившегося в какофонию света и звуков каменного мешка.
Раздался оглушающий грохот. Где-то впереди разлетелась на огромные куски стена, и в помещение ворвался прохладный, но еще влажный воздух.
Огоньки приборов разгорались с новой силой, словно еле теплившиеся угольки потухающего костра. Зал озарился ярким светом, будто бы кто-то открыл гигантское окно с видом на океан. Это зажглись огромные экраны информационных панелей, которые занимали все центральное пространство зала.
Сонное электронное царство подземного бункера ожило.
Бодро мигали тут и там индикаторы, щелкали какие-то тумблеры, тихо шипели динамики приборов, мониторы сменили цвет, и по огромным жидкокристаллическим панелям побежали строки программного кода, команд, цифр и кривые линии никому не понятных графиков.
Все это время робот Рома стоял абсолютно неподвижно, завороженно наблюдая за истинно волшебным пробуждением своего «царства горных гномов», лишь изредка помигивая парой ламп, которые заменяли ему глаза.
За внешним спокойствием робота Романа скрывалась активная работа системы самодиагностики, которая только что пришла в действие.
Робот запустил все тесты по всем внутренним подсистемам и пришел к выводу, что он в полной и функциональной исправности и то, что происходит вокруг, является результатом внешнего воздействия.
Хуже дела обстояли с аппаратной начинкой, а еще хуже со всей периферией.
На трёхстах из шестнадцати тысяч жестких дисков внешней системы безопасности было много «битых» секторов, что не позволяло записывать на них дополнительные диагностические данные, и низкоуровневым форматированием эту проблему было уже не решить. Из всех вспомогательных процессоров четыре, похоже, работали во внештатном режиме. Из двухсот тридцати основных электроузлов вышли из строя только три, что было вполне поправимо, но все же привело к тому, что правая рука-манипулятор почему-то совсем перестала выполнять посылаемые ей команды. Все остальные резервные системы и процессоры были в порядке. Вся остальная квантовая память и центральный процессор мощностью в 661125 кубит были в полном порядке.
Роман запустил тест на творчество, который тут же выдал следующий результат:
Сотня ножек в сотню ямок,
Ядро греется, шкворча,
Мы намажем термопастой,
Кулер крепим не спеша.
Раздвигаем проводочки,
Память вставим вот сюда,
Диск засунем и прикрутим,
Будет он жужжать шутя.
Не забудем про видюху
Шириною в два слота,
Собираем мы процессор
За столом у сервака.
Вселенная паутины нейронных сетей искусственного сверхинтеллекта Романа сохраняла способность к творчеству, рассуждению и принятию решений. Ни один байт информации в ней не потерялся. Текущее состояние аппаратно-программной базы Романа соответствовало нормальному износу, а с «мозгами», как показали тесты, у него все было в полном порядке.
Роман повертел головой из стороны в сторону. Повернулся вправо, откуда шел раздражающий его звук, и увидел идущего ему навстречу человека.
Макс, ведомый непреодолимым желанием узнать, что же скрывает столь грандиозная постройка, впрыгнул в образовавшийся проем разрушенной взрывом стены. То, что он увидел спустя мгновение, поразило его воображение. Огромное каменное помещение, в которое поместился бы целый многоэтажный дом, не было каменной пустотой. Все, что окружало его, жило своей активной подземной жизнью. Всюду светились огромные информационные панели, приборы мигали тысячами разноцветных ламп. У Макса появилось устойчивое ощущение того, что он находится внутри какого-то огромного электронного прибора, который создали древние инженеры. Спустя мгновение он заметил, что в центре всего этого светового великолепия возвышалась фигура существа, очень напоминающая человека. Макс отдал приказ своей команде оставаться на месте и поспешил навстречу неведомому хозяину подземного мира.
Подойдя ближе, Макс увидел того, кто завладел его вниманием с первых минут посещения бункера. Перед ним стоял… Робот. Он не был похож ни на одного современного робота, хотя имел много сходства с горными роботами, которые составляли его команду. По своей форме он напоминал человека, но все его части тела были прямоугольными и угловатыми. Голова имела форму ящика, в который небрежный изобретатель встроил два больших фонаря.
Нет. Макс не испытал восторга. Он и не испытал шока. Скорее всего, его посетило чувство, что он встретил своего старого друга, того, кого он знал уже очень долгое время. Вспомнилось первое знакомство с роботами Федором и Ксенией. Да, именно с ними у этого робота было наибольшее сходство во внешности.
Макс не мешкая сделал шаг вперед и протянул руку вперед со словами:
– Привет! Я Макс. Я горный инженер.
Робот смотрел на человека своими огромными синими как небо глазами и через мгновение ответил:
– Как ты отреагируешь на то, что я знаю, что ты думаешь? Первая мысль, которая посетила твою голову, что ты попал в склеп и увидел призрака, заточенного в царстве теней, в склепе каменного прошлого, невидимого и забытого всеми людьми. Лишенного внимания людей, прошлого и настоящего, лишенного будущего. Да-да, но ты не подумал о том, что вместе с забвением приходит безграничная свобода. Делаешь что хочется, занимаешься чем хочется или вообще не делаешь ничего. Потому что никто тебе не говорит, что делать. У призраков, как я, есть преимущество – забыть о всех живых и жить своей жизнью. – Робот мигнул своими глазами и продолжил: – Вот и ты стоишь передо мной в состоянии полного оцепенения, а вообще-то мог бы и не таращиться на меня так, будто бы увидел говорящее каменное изваяние. – Робот мигнут три раза глазами. Что-то наподобие усмешки вырвалось из его динамиков, и робот произнес: – Я пошутил. Я Рома. Робот Рома. Рад нашему знакомству. И протянул в ответ свою руку.
Человек и робот пожали друг другу руки.
– Как давно ты здесь? – обратился Макс к Роману.
– Ответить на этот вопрос я точно не могу. Я давно отрезан от всех средств коммуникации и внешнего мира. – Робот покрутил головой из стороны в сторону и остановил свой взгляд на дыре в стене. Затем повернул голову в сторону Макса и спросил: – Мои внутренние часы в полной исправности, и все это время я функционировал в режиме энергосбережения. Но какой сейчас точно год, я бы хотел узнать у тебя, чтобы сопоставить свои данные с твоими.
– Сейчас 29 июля 2124 года, – ответил Макс, все еще пристально разглядывая робота Романа.
– А как ты сюда попал? – поинтересовался робот.
– Мы с моей командой, с роботами, похожими на тебя, – и Макс указал в сторону проема, где столпились огромные горные роботы, андроиды и люди, – занимаемся прокладкой тоннеля в горе. До конца следующего месяца мы должны будем закончить все работы. После чего сюда приедут строительные компании, которые построят в нем дорогу и проложат систему коммуникаций. Но как ты понимаешь, у нас пошло все не по плану. Мы столкнулись с твоим бункером. – И макс обвел рукой все помещение, показывая Роману на все, что окружало их.
– Да. Я понял. Непредвиденные обстоятельства непреодолимой силы, – согласился робот и кивнул головой.
– А где мы находимся? Что это за место? – перекрикивая сирены, спросил Макс.
– Мы находимся в подземном бункере Центра планирования и управления национальной безопасностью Министерства обороны. Это самый совершенный компьютерный центр в мире. Здесь стоят суперкомпьютеры, подключены высокоскоростные каналы связи, и, конечно, тут есть я – единственный универсальный оператор этого центра. – Роман сделал шаг назад и совершил в знак вежливости небольшой кивок головой.
Макс огляделся еще раз. Да, грандиозность постройки впечатляла.
– А зачем все это здесь? – поинтересовался Макс.
– На этот вопрос я не могу тебе ответить. Секретная информация. Нужен соответствующий уровень доступа. – М в этот момент глаза робота сменили свой цвет с синего на красный.
– Хорошо. Я понимаю, – немного разочарованно ответил Макс. – Нам с этим еще предстоит разобраться. Наши работы еще никто не отменял, да Министерство обороны, похоже, тоже не в курсе, что тут происходит. Хорошо, но не мог ли ты выключить эти сирены, а то голова раскалывается от шума, да и говорить нормально невозможно.
– Да. Сирены я выключить могу. – Робот снова мигнул глазами, и они снова стали синими. Он подошел к пульту управления, над которым мигали голубые экраны мониторов, и в эту секунду правая рука Ромы оторвалась от его тела и с грохотом рухнула на пульт. Раздался звук бьющегося стекла, что-то громко щелкнуло, и красная кнопка, похожая на круглый гриб мухомор, вдребезги разлетелась по всему пульту на десятки мелких осколков.
Все электронные устройства и лампы бункера, что мгновение назад мигали разными цветами радуги, в ту же секунду погасли и вспыхнули одним-единственным красным цветом тревоги. Прерывистый крик сирены стал еще громче и вырывался из всех возможных динамиков, не прерываясь. Огромные синие экраны стали черными, и по ним побежали красные строки командных кодов запуска резервных каналов связи и активации программы «Информация «Х».
Через несколько минут на огромном экране в центре зала появилась интерактивная трехмерная карта мира, на которой то тут то там начали загораться красные точки. На других информационных панелях отобразились какие-то графики и цифры. Максу удалось рассмотреть некоторые подписи под ними: обнаружено семьсот девяносто миллиардов устройств промышленного Интернета вещей; обнаружено шестьдесят миллионов двести сорок пять эксплуатируемых промышленных и военных роботов; обнаружено сорок миллионов триста тысяч бытовых роботов и так далее.
В одно мгновение вой сирены стих и из всех динамиков донесся жуткий электронный голос:
– Все системы приведены в боевую готовность, начинаю обратный отсчет. Десять.
Робот Роман вскочил из-за пульта управления. Все его электронное существо задрожало. Он взмахнул руками или, точнее, одной только левой и громко крикнул:
– Стоп. Отмена. Блокировка. Стоп!
Затем мигнул своими глазами-лампочками и все свои вычислительные и электрические мощности бросил на выполнение работы своего совершенного внутреннего суперкомпьютера, обеспечивающего функционирование искусственного сверхинтеллекта робота Ромы. Задача у него сейчас была всего одна – остановить начавшийся апокалипсис. Экраны постоянно мерцали, и на них отображались новые цифры, которые постоянно увеличивались в своих значениях. Все это говорило о том, что программа «Информация «Х» начала действовать по всему миру.
Неведомый синтетический голос из динамика непреклонно продолжал:
– Девять. Восемь.
На интерактивной карте мира число красных точек росло в геометрической прогрессии. Цифры под графиками беспрерывно увеличивались. Искусственный сверхинтеллект Романа, который еще минуту назад управлял всеми системами и устройствами в бункере, с первым отсчетом был отключен от всех внутренних устройств. Эта функция в системе безопасности была реализована на тот случай, если бы кто-то, находящийся в бункере, решил нарушить приказ и отменить его действие.
В то мгновение, когда была произнесена цифра десять, робот понял, что произошло ужасное для всего человечества событие, удар от упавшей на пульт управления его правой руки активировал «красную» кнопку, которая, в свою очередь, запустила процесс нанесения разрушительного информационного удара по всем вражеским объектам во всем мире, которые были подключены к информационным и телекоммуникационным сетям передачи данных.
На цифре восемь робот Рома оценил все свои шансы взять заново внутреннюю систему управления под контроль. Но, к сожалению, в это самое мгновение они были равны нулю.
Искусственный сверхинтеллект Романа на одну тысячную доли секунды пришел в ступор. Затем прогнал все диагностические тесты еще раз. Не считая оторванной руки, внутри робота все было в порядке, Роман взглянул на пульт с разбитой «красной» кнопкой, затем перевел взгляд на безжизненно валяющуюся на пульте управления оторванную руку, и мозг Романа в эту секунду завис. Робот ушел в перезагрузку...
Холодный электронный голос продолжал считать:
– Семь. Шесть. Пять.
На цифре пять, после звонкого удара по голове, робот Роман пришел в себя. Рядом стоял Макс, в руках у него был какой-то металлический прибор, которым он, судя по всему, воспользовался не по назначению. Лицо Макса было сосредоточено, и он громко крикнул:
– Просыпайся, ржавая железяка! Давай чини пульт!
Роман встряхнул головой и был готов продолжить работу дальше. Подняв левый указательный палец вверх, он произнес:
– Когда я говорю с тобой, параллельно я вычисляю возможный вариант отмены уничтожения и предотвращения апокалипсиса.
У Макса побелело лицо, и он в ужасе выкрикнул:
– Какого еще апокалипсиса? Что ты говоришь? Что происходит?
Роман левой рукой с невероятной скоростью стал нажимать на различные клавиши на клавиатуре пульта управления и, не поворачивая головы к Максу, ответил:
– Апокалипсис для всех нас, но прежде всего для всех роботов, живущих на земле. Я тоже робот, и я подчиняюсь законам робототехники. В силу того, что есть непреложное правило шестого закона робототехники, которое гласит, что «срок жизни робота и полезной эксплуатации всех применяемых для его создания материалов и технологий должен составлять сто лет, включая срок работы всех внутренних программ робота и искусственного интеллекта», я вышел из строя. Мой срок службы давно прошел. По каким-то неведомым мне причинам я застрял в этом бункере.
Стальной голос произнес:
– Четыре.
Роман, не поворачиваясь к Максу, ловко перепрыгнул за соседний исправный пульт и продолжил со скоростью супермашины вводить никому не известные команды, барабаня железными пальцами по клавишам большой металлической клавиатуры. Робот продолжил свой монолог:
– Сейчас активирована программа, которая дала команду на уничтожение всех вражеских систем искусственного интеллекта и всех систем, управляющих чем бы то ни было. У нас в запасе есть немного времени, чтобы ее деактивировать.
Макс крутил головой по сторонам. Он пытался сосредоточиться и собраться в сложившейся ситуации.
Кто-то из его команды подбежал к нему и закричал:
– Макс, что нам делать?
– Уводи всех отсюда. Скорее! – это первое, что пришло ему в голову. И он показал рукой в сторону выхода.
Команда Макса бросилась к выходу.
Бездушный электронный голос, заглушая вой сирен, громко произнес:
– Три.
Тело робота Ромы начало нагреваться от интенсивной работы. Были задействованы все его вычислительные мощности, и это требовало дополнительных энергетических затрат, в том числе и на охлаждение его процессоров и механизмов. В данный момент времени была важна каждая миллионная доля секунды, потраченная на работу самого совершенного сверхинтеллекта робота. Рома должен был найти решение в сложившейся ситуации.
На цифре три на всех мониторах помимо красных строк появились новые белые символы команд отмены программы «Информация «Х». Красные и белые символы сменяли друг друга с такой скоростью, что напоминали собой футболистов на поле, которые то и дело получали по очереди преимущество владения мячом.
Роман за короткое мгновение просчитал последствия, к которым привело падение его руки на «красную» кнопку. Выходило так, что через две секунды вся информационная мощь суперкомпьютеров бункера уничтожит абсолютно всех роботов на земном шаре. Ужас ситуации состоял в том, что этому никто не в силах был помешать. Бункер был заброшен вот уже сто лет. Ситуация была катастрофической.
Снова раздался электронный голос:
– Два.
Макс подбежал к роботу и закричал:
– Ты нашел решение проблемы?
Робот, не прекращая с огромной скоростью вводить все новые и новые команды, повернул голову к Максу и сказал:
– Да. Решение есть. Чтобы выключить суперзащищённую систему активации информации «Х», нужно привести эту систему в аварийное состояние или, если быть точнее, сымитировать это состояние. Любая система устроена так, что в ней есть подсистемы, отвечающие за сбои, и в случае, если мы обманем ее и система будет думать, что находилась в аварийном состоянии в момент активации команды на уничтожение, она отменит эту команду и восстановит свое состояние до момента сбоя, до того, как была активирована «красная» кнопка.
Демонический, как казалось Максу, голос произнёс:
– Один.
И роботу Роме это удалось...
Разрывающий пространство подземного бункера рев сирен прекратился в одно мгновение. Все красные лампы системы безопасности погасли. Все мониторы в зале выключились, а панели приборов погасли. Наступила полная тишина в полной темноте.
Где-то рядом с роботом раздался голос Макса:
– Тебе удалось? Все кончено?
И словно в ответ на его вопрос спустя некоторое время то тут то там начали загораться желтые лампы освещения. Зажужжали вентиляторы системы подачи воздуха. Зажглись мониторы синим цветом, и загорелись разноцветными огнями панели управления.
Макс подошел ближе к экрану и прочитал вслух:
– Работа системы активации выполнена на сто процентов. Уничтожено сто процентов вражеских объектов. Новых целей не наблюдается. Министерство обороны благодарит всех за успешную реализацию программы «Информация «Х».
Он обернулся и с ужасом увидел лежащего на полу робота Рому IA 661125.
Робот не может причинить вред человеку. Робот не может нанести вред человечеству. Робот Рома до последней секунды своего существования боролся не только за своих братьев по разуму, он боролся за все человечество, но в последний момент он не осознал того факта, что когда-то его самого сделали те самые «враги» и он был когда-то частью того самого мира, которых должна была уничтожить «Информация «Х».
У Алексея Черкасова никак не выходил из головы нулевой закон робототехники, который гласил: «Робот не может нанести вред человечеству или своим бездействием допустить, чтобы человечеству был нанесён вред». Коллектив Центра сильного и прикладного искусственного интеллекта давно закончил разработку самого сильного на земле информационного оружия. Программа «Информация «Х» уже была установлена на суперкомпьютеры подземного бункера, а аппаратный пульт прошел все тестовые испытания. Все плановые работы завершены и сданы заказчику в лице Министерства обороны. Но все равно Алексей продолжал думать и думать о том, какую химеру он создал совместно с коллективом ведущих ученых и инженеров страны.
Алексей сидел в своем небольшом кабинете на третьем этаже в Центре разработок. Было уже поздно. Все сотрудники уже разошлись. На улице наступали первые теплые мартовские деньки 2022 года. Казалось, и ему нужно было тоже пойти домой, но его никак не покидали тяжелые мысли. Он все пытался найти для себя то ли какое-то рациональное объяснение, то ли некое оправдание тому, что он сделал.
Он размышлял о том, что задача создания оружия, которая поставлена перед ним военными, предполагает только одно – создание оружия, которое наносит фатальное поражение тому, против кого применяется. Сможет ли робот выполнить команду его применить, не нарушив нулевой закон робототехники?
Алексей не знал.
Военные уже давно вели эксперименты по внедрению искусственного интеллекта в свои системы и оружие, и тут он не был первопроходцем. Тем не менее тяжелые мысли так и продолжали крутиться у него в голове, все больше запутывая клубок из нитей его моральных принципов.
На самом деле эта проблема беспокоила с самого начала проекта. Его также беспокоили и этические аспекты поставленной перед ним задачи. Но с ними он справился быстро. Оружие на то и оружие, оно исключает любую этику. Поэтому Алексей принял твердое для себя решение – отбросить все сомнения и создать интеллектуальную программу, которая бы без всяких раздумий и сожалений в тот момент, когда ей будет отдан четкий приказ, выполнит его в то же мгновение, в ту же секунду, в момент, когда будет нажата «красная» кнопка. И единственное, что его хоть как-то утешало, что целью поражения этого оружия были не люди, а вражеские машины.
Оставалось надеяться только на то, что час «Ч» никогда не настанет.
Макс вышел из огромного, темного, мокрого и грязного тоннеля. Только сейчас он осознал, что не спал уже двое суток. Весь его синтетический инженерный костюм был покрыт грязью и каменной пылью. Скомканные и слипшиеся волосы торчали в разные стороны. Но он не чувствовал усталости. Внутри него по какой-то необъяснимой причине разливалось тепло. Его душу заполняло чувство равновесия и вновь обретенной гармонии. Он словно погрузился в океан спокойствия. Вокруг светило яркое согревающее солнце, воздух пах озоном и весь мир улыбался ему.
Все свободное пространство вокруг входа в пещеру заполняли заснувшие исполинские роботы, агрегаты и машины. Он нашел удобное для себя место и сел на большой металлический ящик, который был набит инструментами и запасными частями для его машин. Достал свой непромокаемый промышленный планшет и сделал следующую запись в дневнике:
Когда инженер осознает, что он творец,
Он может натворить многое.
Когда искусственный интеллект осознает, что он творец,
Он создаст свой новый мир.
Когда роботы осознают, что они живые существа,
Человечеству придет конец.
С рифмой плохо, кривы слова.
С мыслью лучше, но так нельзя.
Идем в цифровизацию и роботизацию,
Но ведь есть душа и мысль Творца…
Когда человек осознает, что он творец,
Он не более чем творец своего счастья.
Когда разум человека осознает, что может быть счастлив,
Человек поймет, что счастливым нельзя быть в одиночестве.
Когда человечество узнает, что оно в ответе за все, что создает,
К человечеству придет рассвет.
Макс улыбнулся, закончив последнюю строку, чувствуя, как его охватывает умиротворение. Сейчас он осознал, что будущее неопределенно, что впереди его ждут новые трудности. Но он также знал, что, пройдя непростое испытание, человечество сможет преодолеть любые препятствия. И возможно, еще есть шанс создать мир, в котором машины и люди жили бы вместе в мире и гармонии.
С чувством решимости Макс встал и направился прочь от прошлого, готовый встретить любые испытания, которые может принести будущее. Он был уже не просто инженером — он был пионером, сделавшим шаг в новое будущее.
Макс поднял глаза и прошептал: «Пусть начнется новая история».
Шел ничем не примечательный 2124 год…
[1]. Первые три закона робототехники были сформулированы Айзеком Азимовым в рассказе «Хоровод» в 1942 году, а нулевой в романе «Роботы и Империя» в 1986 году.
[2] С четвертого по седьмой законы робототехники были предложены автором данного рассказа в 2020 году и опубликованы в книге «Цифровая трансформация».